Алиса натягивала колготки так яростно, что осталась затяжка. Тонкая, почти незаметная дорожка, поехавшая от ступни. Она выругалась сквозь зубы, стянула испорченную пару и швырнула в корзину для бумаг, потому что мусорное ведро стояло на кухне, а время поджимало. Новые колготки, чёрные, плотные, восемьдесят ден, легли ровно. Алиса подумала, что не придётся весь вечер одёргивать подол платья, которое она выбрала исключительно за способность маскировать всё, что её раздражало в собственном теле. Разворот...

Таня не сдержалась и заплакала. -Не переживай, - Тома обняла подругу, - всё проходит… -Чего ему не хватало, Том? Дома всегда чисто, убрано, еда приготовлена, весь чистенький, наглаженный, намытый, что ему нужно? -Таня, я не знаю, ну правда. Чужая семья — потёмки. Может ещё он образумится? Таня опять начала плакать. Тома не знала, что в таких случаях делают, она подошла и погладила подругу по плечу. -Тома, Томочка…А ты можешь поговорить с ним, а? Пожалуйста, поговори, расскажи ему, что я плачу…целыми днями...