В тот вечер, когда всё рухнуло окончательно, Света кормила Ляльку персиковым пюре, а Егор сидел в своей комнате и, судя по доносившимся оттуда взрывам, рубился в очередную стрелялку на стареньком компьютере. Телевизор на кухне бормотал что-то про осадки и гололедицу. За окном и правда моросил холодный ноябрьский дождь, стучал по отливу, и от этого стука хотелось завернуться в плед и никуда не выходить. Дверь в прихожей грохнула так, что Лялька вздрогнула и выронила ложку, которую сосредоточенно грызла розовыми дёснами...

Конверт лежал на кухонном столе между солонкой и кружкой с остывшим чаем. Плотный, казённый, с печатным обратным адресом: «Нотариальная контора Славинского района». Ольга повертела его в руках, потёрла пальцем край. Бумага жёсткая, негнущаяся, из тех, что не мнутся даже в сумке. – Это тебе? – спросил Андрей из коридора, не отрываясь от шнурков. – Мне. Она разорвала край конверта и вытащила лист. Пробежала глазами первый абзац, потом второй. Перечитала третий, медленнее. Села на табурет, хотя до этого стояла...