— Мам, ну я же сказал — заеду. Что я, родную мать навестить не могу? Олег держал телефон плечом и мешал чай так, будто там не сахар, а цемент. Я только вошла. В магазине была инвентаризация, домой я добралась к девяти и сумку ещё не сняла. — С кем ты? — спросила я, стягивая сапоги. — С мамой. Там и Алла — забегала зачем-то. Алла. Продавщица в магазине, где я управляющая. Та самая, которую три года назад я по доброте душевной и пристроила. К свекрови она захаживала часто — соседкина дочь, в доме своя...

Самый опасный предатель - не тот, кто перебегает к врагу уже после поражения. Гораздо страшнее человек, который до войны носит высокий чин, имеет авторитет в армии, знает штабную систему, командует людьми и может ударить по государству изнутри в самый удобный для врага момент. В этом смысле Михаил Тухачевский, если версия о заговоре была верна, мог стать для Советского Союза вторым Власовым - только куда опаснее. Власов предал уже после катастрофы и плена. А Тухачевский мог иметь влияние ещё до большой войны, среди командиров Красной армии, когда решалась судьба всей страны...