Папка лежала под стопкой квитанций за свет. Я не искала её – искала страховой полис, который Андрей всегда прятал не там, где все нормальные люди, а в ящике с болтами и прокладками для смесителя. В больнице сказали: нужен полис, СНИЛС, паспорт. И чтобы я расписалась за согласие на операцию. Рука у меня дрожала так, что я не попала ключом в замок с первого раза. Андрея увезли в пять утра. Инфаркт. Врач, молодой, с красными от недосыпа глазами, сказал коротко: «Состояние тяжёлое, но стабильное». Я кивала, будто что-то понимала...

Я сидела на крышке унитаза с телефоном в руках и не дышала. За стеной, на кухне, моя свекровь говорила мужчине: – Главное, чтобы она не знала. Ни в коем случае. Я нажала на красную кнопку. Диктофон пошёл. Я пришла домой в половине третьего. Поликлиника отпустила всю смену: внезапно полетел сервер, карточки не открывались, Ольга Николаевна махнула рукой и сказала — идите, девочки, до утра ничего не починят. Я шла пешком от остановки и радовалась. Куплю что-нибудь к ужину. Наварю борща. Посмотрю кино одна, пока никого нет...