Геннадий заглушил двигатель, но из машины не вышел. Перед ним, за рядами тележек, блестели стеклянные двери строительного магазина. Люди выходили с банками краски, мешками смеси, длинными упаковками ламината. Мужчина в рабочей куртке пытался в одиночку засунуть в универсал пластиковые панели, женщина рядом давала советы, от которых он только раздражённо отмахивался. Геннадий смотрел на них, не особенно замечая. На экране телефона оставалось открытым сообщение Артёма. «Пап, в эту субботу точно не смогу...

Я вешала простыню на верёвку, когда у калитки хлопнула дверца машины. Нина шла по дорожке в городских туфлях, каблуки уходили в песок. Под мышкой – синяя папка на резинке. – Лида, ты бы хоть в дом позвала, – сказала она вместо здравствуй. Я прищепнула второй угол и вытерла руки о фартук. – Заходи. Чайник горячий. Она поднялась на веранду и села не там, где всегда сидели гости, а во главе стола, у окна. На отцовское место. Папку положила перед собой и разгладила по ней ладонью, будто скатерть поправляла...