— Ну что, дружище, — усмехнулся Виктор Сергеевич. — Все бока уже себе отлежал? Как ни выгляну в окно, ты всё лежишь и лежишь. Хотя… — он вдруг задумчиво посмотрел на пса. — Наверное, я тебя понимаю. Потому что сам такой же. Ладно, не будем о грустном. Я тут тебе еды немного собрал. Иди сюда. Бублик тут же подбежал к Виктору Сергеевичу, сел рядом и стал терпеливо ждать, когда добрый человек разложит перед ним принесенные лакомства. А пока Бублик ел, Виктор Сергеевич дышал свежим воздухом (относительно свежим — всё-таки рядом с мусоркой находился), смотрел по сторонам и тяжело вздыхал...

— Ты обязана срочно сдать гараж в залог под мой бизнес, иначе кооператив отберет бокс за долги! — закричал с порога Виктор, размахивая перед лицом сестры помятым листом с синей печатью. Татьяна пятидесяти трех лет опешила, отступая на шаг назад в узкую прихожую своей двухкомнатной квартиры. Брат ввалился без звонка, не сняв уличной обуви и едва не сбив с обувной полки рожок для ботинок. Его лицо покраснело от быстрой ходьбы по лестнице, а в глазах читалась та самая напористая слепая убежденность, с которой он всегда пытался решать любые свои неурядицы за чужой счет...