17 января 2013 года Ланс Армстронг сел напротив Опры Уинфри в студии в Остине, Техас. Первый вопрос был прямым: принимали ли вы запрещённые препараты, чтобы выиграть Tour de France? «Да», ответил он. Принимали во всех семи победах? «Да». Интервью шло два дня. Армстронг говорил спокойно, почти клинически. Он описывал ЭПО (эритропоэтин, препарат для повышения уровня красных кровяных телец), тестостерон, кортизон и переливания собственной крови как обычные рабочие инструменты. По его словам: «Я воспринимал это как часть работы»...

Жёлтая майка. Париж. Финишная черта под Триумфальной аркой. Семь лет подряд один человек приезжал туда первым. Казалось, это уже не гонка, а установленный порядок вещей. Как восход солнца. Или смена сезонов. Тогда мы просто смотрели. Телевизор показывал горы, пот, слёзы радости. Комментаторы говорили про невероятную волю. Про победу над болезнью. Про возвращение, которое никто не ждал, но все хотели увидеть. История получилась слишком гладкой. Настолько гладкой, что в неё хотелось верить без оглядки...