Латвийские евреи, находившиеся на территории, оккупированной гитлеровцами, сразу же оказались на грани между жизнью и смертью. Ещё недавно они были полноправными латвийскими гражданами, многие учились в латышских школах. Теперь же их называли «недочеловеками» и те, кто считали себя представителями высшей «арийской расы» относились к ним соответственно… Свидетельствует Элла Медалье: «В первый же день оккупации, поздно вечером, к нам постучали. Я открыла дверь. В коридоре на лестничной клетке стояла небольшая банда латышей, несколько юнцов лет 16-17...

Студенткой я была задорной, Любила петь и танцевать, Вперед смотрела завороженно, Ждала, что жизнь пойдет "на пять".