Лиана сидела на краю кровати в съёмной квартире на двенадцатом этаже и смотрела, как Валерий застёгивает рубашку. Было около одиннадцати вечера, за окном горели огни другого берега, и в комнате пахло его одеколоном. Она ненавидела этот запах. Она ненавидела всё: его руки, голос, манеру поглаживать её по плечу, будто она была комнатной собачкой, которую он удачно приобрёл. Но больше всего она ненавидела себя. Потому что в этот раз, как и в прошлый, как и во все предыдущие разы, она снова сказала себе: «Всё, это последний раз»...

— С родни за потоп деньги не берут, а мне через неделю на море лететь! — Ну подумаешь, водичка немного покапала! — Алёна брезгливо приподняла штанины песочного велюрового костюма, переступая через мокрую тряпку у порога. — Чего ты сразу трагедию устраиваешь, Валерия? Оно же чистой водой залило, не канализацией! Сверху, прямо над новым кухонным гарнитуром, глухо булькнуло. Натяжной потолок надулся огромным мутным пузырём и провис почти до самой вытяжки. С края люстры в оцинкованное ведро звонко плюхнулась очередная ржавая струя...