— Ты чего тут устроила, я не понял?! Вадим с размаху дёрнул за массивную чугунную дужку навесного замка. Та даже не шелохнулась. — Ручку не оторви, Вадик, — не церемонясь сказала Юлия. Она убрала два крупных ключа в карман бежевой куртки. — Старый замок я утром со слесарем срезала. А от нового дубликатов ни у кого не будет. — Ты в своём уме вообще?! — деверь вытаращил глаза и пнул колесо своего ржавого прицепа. — Я с объекта кафельную плитку и мешки с клеем притащил! Мне их куда теперь девать, под дождём сгружать?! — Куда хочешь, туда и выгружай, — Юлия убрала за ухо прядь русых волос...

Третий день я ношу в кармане маминого халата ключи от собственной квартиры. Мама это видит и молчит, только подкладывает мне блины с таким лицом, будто считает их поштучно. Связка тяжёлая: четыре ключа и деревянный конёк на кольце. Конька вырезал дед, когда мне было лет пять, а потом бабушка много лет носила его с ключами от двушки на четвёртом этаже в Череповце. Квартира перешла ко мне в две тысячи восьмом, и конёк с тех пор потемнел до цвета крепкой заварки. – Сметаной хоть макни, – сказала мама...