Историю пишут победители. Особенно публичную. Поэтому она всегда черно-белая. Ее пишут и проигравшие — такую же двухцветную, с той только разницей, что у них меньше возможностей быть услышанными. Любой публичный историк — от составителя школьных учебников до человека, ведущего свой канал или выступающего в СМИ и медиа, — в первую очередь пропагандист. И во вторую, и в третью. Поэтому веры ему нет никакой. Вне зависимости от того, на какой позиции он стоит. Абсолютно все они лгут. Настоящие ученые сидят в тиши архивов и не рассказывают истории государств...

Когда кто-то впервые увидел шахматную доску на его столе, то решил, что мужчина просто ждёт партнёра. Однако проходили часы, затем дни, а фигуры продолжали двигаться только благодаря одному человеку. Он играл сразу за белых и за чёрных. Для окружающих это выглядело странно. Некоторые шутили, что невозможно одновременно выигрывать и проигрывать самому себе. Другие считали такое занятие пустой тратой времени. Но мужчина спокойно расставлял фигуры, записывал ходы в толстую тетрадь и каждый вечер начинал новую партию...