Посредник позвонил третьего марта. Тот же голос, та же интонация заученного текста. — Виктор Анатольевич хотел бы поговорить лично. Завтра в три часа. Адрес был в промышленной зоне за Уралмашем, складское помещение, используемое под офис. — Хорошо, — сказала Нина. Она положила трубку и несколько секунд смотрела в окно. Снег в марте уже не тот, что в ноябре. Серый, плотный, с проталинами у бордюров. Город устал от зимы. Диктофон лежал в ящике стола. Рябов принёс его неделю назад. Маленький, японский, кассета на сорок пять минут с каждой стороны...

Она нажала кнопку вызова и включила громкую связь. Гудки раздавались в тишине кухни несколько долгих секунд, после чего из динамика донесся бодрый голос Марины. — Вероника! Я жду твоего звонка весь вечер. Ты уже согласна на переезд? Я могу бронировать билет на утренний рейс? — Здравствуй, Марина, — голос Вероники звучал абсолютно спокойно, уверенно и ровно. — Я очень благодарна руководству за доверие и за высокую оценку моего труда. Но я вынуждена отказаться от должности регионального директора. Я не поеду в другой регион ни завтра, ни через месяц...