— Голодранка! — вне себя от ярости вопила мать Дмитрия, тыча пальцем в сторону онемевшей девушки. — Нищебродка, за версту же видно! Ты посмотри на ее туфли, Дима! Это же из прошлогодней коллекции масс-маркета. И этим поношенным каблуком она собирается переступить порог нашего дома? Маргарита Николаевна стояла посреди своей роскошной гостиной, залитой мягким светом хрустальных люстр, и выглядела как разгневанная античная богиня, если бы богини носили костюмы от Шанель и поджимали губы так, будто только что съели целый лимон...

Я всегда знала, что судьба — странная дама. Она долго молчит, а потом вдруг начинает хохотать. Громко. Прямо в лицо тем, кто считал себя хозяином положения. Галина Петровна смеялась именно так — запрокинув...