В коммунальной квартире на две семьи маленький Женя видел каждое утро одну и ту же картину: пожилой человек в наглаженной рубашке и галстуке выходил на общую кухню, медленно чистил яблоко тонкой, не рвущейся лентой и неторопливо его съедал. Виктор Павлович Стеблов, инженер-путеец дореволюционной выучки, никогда не позволял себе показаться домашним без галстука. Внук смотрел на него с тем особым детским вниманием, которое запечатлевает мелочи навсегда. Самым крепким словом, которое произносил дед, было «беспардонно»...

— Убери грязные руки от кювеза! — рявкнул Евгений. Тамара отдернула пальцы. Влажная салфетка шлепнулась на линолеум. — Ребенок синеет, Евгений Юрьевич. — Я сказал, пошла вон! — У него раздуваются крылья носа. — Ты глухая? — Это дыхательная недостаточность. — Твое дело — утки мыть. И полы драить. Тамара молча подняла салфетку. Сжала ткань. По пальцам потекла мутная вода. Запахло хлоркой и мокрой пылью. Она развернулась. Вышла из палаты интенсивной терапии. В спину ударил смешок. — Насмотрелась сериалов про врачей, бабка...