На зоне время течёт иначе. Здесь минуты растягиваются в часы, а годы пролетают как дни. Я это понял, когда познакомился с Шахматистом – так все звали щуплого старика с умными глазами, который мотал свой пятнадцатый год. В нашу хату его перевели после того, как расформировали старый корпус. Первое, что он сделал – достал самодельные шахматы, вырезанные из хлеба и покрашенные чаем. "Сыграем?" – спросил он меня. Я тогда только второй месяц сидел, злой был на весь мир. Но что-то в его глазах заставило согласиться...

– Почки у Фишера больные были, – говорил Юрий Глебович, маленький старичок в очках. – Необходима была операция. А он от нее отказался. От этого и умер… Шах!.. Не любил и боялся врачей, говорят. Он, я и сероглазый, рыжеусый казах по имени Бауржан играли в шахматы на вылет. Еще один сосед по купе, Иван, худощавый мужчина средних лет, от игры уклонился. Он сразу привлек мое внимание. Иван был тих, даже застенчив, выглядел рассеянным, растерянным, чем-то встревоженным. Он все время листал свою записную книжку и что-то подсчитывал, но теперь поднял на старичка свои синие детские глаза...