Он вошёл ко мне так, будто за ним бежит налоговая. Не в смысле “быстро”, а в смысле — плечи подняты, глаза напряжённые, руки держат поводок, как спасательный круг. А на другом конце поводка — пёс. Обычный пёс, из тех, что во дворе называются “Фунтик”, “Барсик” и “ну-ка-отойди-ты-мне-ногу-отдавил”...

Дождь стучал по крышке гроба приглушенно, будто сама природа не решалась нарушить гробовую тишину нашего маленького процессии. Отец Сергея, Игорь Михайлович, уезжал в последний путь под аккомпанемент не столько плача, сколько тяжелого, растерянного молчания...