Оксана сказала, что впервые зашла в магазин на Ломоносова в сентябре, когда они начали ремонт. Андрей запомнил это хорошо, потому что сам возил её туда в первую субботу сентября, сам таскал мешки со шпаклёвкой и сам удивлялся, как быстро она нашла общий язык с хозяином. А в ноябре, когда он заехал туда же за плинтусом для Викиной комнаты, продавщица с пирсингом в брови пробила чек, отдала сдачу и вдруг спросила, улыбаясь, будто сообщала хорошую новость: — Вы ведь муж Оксаны? Передавайте привет. Она у нас с весны постоянная, Олег Палыч ей всегда лично подбирает...

– Ты совсем с ума сошла на старости лет?! Гена стоял в дверях кухни с кружкой и разглядывал штатив, который дочь прикрутила к краю стола. Над штативом горело белое кольцо лампы, а под ним лежали Верины руки и серая юбка, распоротая по боковому шву. – Я снимаю, – ответила Вера. – Не заходи в кадр. – Снимает она! – Он засмеялся и поставил кружку прямо на выкройку. – Ой, насмешила! Кому ты нужна со своими юбками? Девчонки в телефонах пляшут, а ты подол подшиваешь. – Людям нужна. Оксана говорит, сейчас многие перешивают старое, а не покупают...