Говорят, что тишина после шторма — самая пугающая. Но Елена знала: самая страшная тишина наступает после того, как уезжают судебные приставы и полиция. Когда тяжелые ботинки перестают топтать паркет, когда смолкают крики соседей и когда захлопывается дверь за последним человеком, который называл тебя «госпожой». Елена стояла посреди огромной гостиной особняка в пригороде. Еще неделю назад здесь пахло лилиями и дорогим парфюмом, а сегодня в воздухе висел тяжелый, удушливый запах гари и старой пыли...

Зал загородного особняка семьи Вересовых напоминал декорацию к фильму о жизни «высшего света», где каждый предмет мебели стоил дороже, чем жизнь обычного человека. Тяжелые бархатные портьеры цвета спелой вишни поглощали звуки классической музыки, а аромат гигантских каскадных лилий, расставленных в китайских вазах, казался Алисе удушающим. Она стояла у высокого окна, выходящего в сад, и сжимала в руках бокал с ледяным шампанским. Пузырьки газа стремительно поднимались вверх, отражая ее собственную внутреннюю дрожь, которую она старательно прятала за маской безмятежности...