Тетрадь висела на гвозде у самого выключателя, и Борис пятнадцать лет входил под ней, ни разу не сняв. Сегодня снимали всё: гараж продали, и покупатель ходил по бетону, считая шаги от ворот до дальней стены. – Пять с половиной, – сказал он и потрогал носком ботинка яму. – Смотровая ваша? – Отцовская, – ответил Борис. Пахло холодным железом и старым маслом, тем самым запахом, который не выветривается из бокса, даже если год не открывать ворота. Стёпа стоял у стеллажа с телефоном в руке и щёлкал полки: три яруса, банки с болтами, моток проволоки, шланг, свёрнутый восьмёркой...

– Марин, скинь пятерку на карту, мне машину заправить не на что, да и на обеды до конца недели не хватит. Олег произнес это будничным тоном, даже не оторвав взгляда от экрана смартфона. Он сидел за кухонным столом, лениво помешивая ложечкой давно остывший чай. Марина замерла у раковины с намыленной тарелкой в руках. Внутри привычно шевельнулось раздражение, которое она последние несколько лет старательно гасила. Сегодня было только десятое число. Зарплату Олег получил пятого. – Какие пять тысяч, Олег? – она закрыла кран, чтобы шум воды не мешал разговору...