Осень тогда выдалась промозглой, сырой. В поселке время в этот сезон словно замирало. Дожди шли сутками, превращая грунтовые дороги в рыжее месиво, а с крыш двухэтажек неустанно капала вода. Марине тогда едва исполнилось двадцать два. Её жизнь напоминала замкнутый круг, из которого не было выхода. В центре этого круга была мать, Елена Сергеевна, работавшая всю жизнь воспитательницей в детском саду. Полгода назад здоровье матери резко пошатнулось. Сначала появились частые одышки, потом ноющие боли...

— Выключите это. Сейчас же, — Оксана сжала край пластиковой дверной ручки так, что побелели костяшки пальцев. — Что выключить? — таксист бросил на нее взгляд через зеркало заднего вида. — Радио! Пожалуйста! Мужчина недовольно цокнул языком. Потянулся к магнитоле. Щелкнул тумблер. Салон мгновенно наполнился гулом шин по мокрому асфальту. Оксана откинулась на подголовник. Закрыла глаза. Песня успела прозвучать всего пятнадцать секунд. Этого хватило. Знакомая советская мелодия про тонкую рябину врезалась в виски тяжелым пульсом...