— Ноль процентов вероятности отцовства, Кирилл... Ноль! — прошептала Вика, сочувственно заглядывая в глаза мужу и в отчаянии уронив руки на колени. — Как это... ноль? — Кирилл сидел на краю дивана, сжимая в бледных пальцах плотный бланк с синим штампом известной генетической лаборатории. — Вика, ты понимаешь, что тут написано? Николай Петрович... папа... он мне не отец?! — Кирюша, милый, мне самой больно смотреть, как рушится твой мир, — ласково пропела Вика, садясь рядом и обнимая его за плечи. — Но цифры не врут...

Вечернее солнце разлило по гранитной набережной расплавленное золото, и в этом сиянии всё казалось будто вырезанным из дорогого фильма, который снимали специально для них двоих. Кирилл стоял на одном колене прямо на теплых каменных плитах, а Полина замерла напротив, прижав ладони к легкому летнему платью цвета топленого молока. В раскрытой бархатной коробочке лежало кольцо с прозрачным камнем, поймавшим солнечный луч и теперь рассыпавшим его на десятки крошечных зайчиков по её лицу, по светлым волосам...

В тот, предпоследний день практики, Кирилл задержался в отделе дольше обычного. Павел Андреевич Громов поручил ему разобрать несколько материалов и подготовить краткие справки, поэтому из отделения он вышел уже ближе к вечеру. Москва стояла в привычных пробках. Небо затянули серые облака, а на остановках собирались люди, спешившие домой после рабочего дня. Кирилл шёл к метро, просматривая сообщения в телефоне, когда услышал женский голос: — Отпустите меня! Я никуда не поеду! Он поднял голову. У припаркованной возле остановки тёмной машины стояли мужчина и девушка...