Был у Евгения Плющенко период, когда он мчался по питерской трассе на красном «Мазерати», чувствовал себя королем жизни и не знал, что через пару лет его любовь превратится в кошмар, а самого фигуриста будут называть человеком, бросившим жену на девятом месяце. Двадцать лет прошло с той самой свадьбы, которую пресса обсасывала как главное светское событие сезона. А теперь старший сын Плющенко дает интервью, где говорит, что папа — это «просто человек, который как-то поучаствовал в моей жизни», и что подарки от отца — это поношенные вещи от сводных братьев...

За яркой картинкой жизни Евгения Плющенко — олимпийское золото, ледовые шоу, супруга-продюсер, двое младших сыновей — прячется история, которую фигурист предпочитает не вспоминать. История про первую жену Марию Ермак. Про то, как он ушёл от беременной женщины. Про сына, которого назвали не так, как хотел отец, и записали на чужую фамилию. И про то, как спустя почти 20 лет этот сын дал интервью, в котором рассказал о своём положении в семье отца. И слова там звучали совсем не по-сыновьи. Как это...