Нина поняла, что муж уходит, не по словам. По тому, как аккуратно Виктор поставил чашку в раковину, словно был уже не дома, а в гостях. В тот вечер на кухне пахло укропом, куриным бульоном и чем-то чужим, чего раньше в их жизни не было. Она стояла у плиты и помешивала суп, когда он сказал: Нам надо поговорить. Удивляться было поздно. Такие слова редко приходят одни. Они входят в дом, садятся за стол и просто так уже не уходят. Нина обернулась не сразу. Сначала выключила конфорку, прикрыла кастрюлю крышкой и только потом посмотрела на мужа...

Колесо чемодана стукнуло о порожек лифта так громко, что Лена сама поморщилась. В подъезде пахло мокрой тряпкой, чьими-то котлетами и холодным бетоном. На площадке между восьмым и девятым этажом снова мигала лампа, которую управляющая компания обещала заменить еще в апреле. Лена подняла чемодан за ручку, чтобы не греметь, но пакет с пирожными качнулся и больно ударил ее по колену. Она приехала на сутки раньше. Сама себе в поезде представляла, как Павел удивится. Не сильно, конечно. Он не из тех, кто бросается навстречу и подхватывает чемодан, как в кино...