– Ты нам больше не дочь! Слышишь? Не дочь! Мать кричала так, что на плите подпрыгнула крышка от кастрюли с компотом. Хотя, может, она подпрыгнула от кипения – компот так никто и не выключил. А всего полчаса назад мы сидели на родительской кухне в Кимрах почти по-людски. Витя показывал на телефоне фотографии тягача: красный, с длинной кабиной, «Вольво», почти новый. Отец кивал. Мать подкладывала Вите котлеты. – Продаём обе квартиры, – сказала она между котлетами, как про картошку на зиму. – Нашу и бабушкину однушку в Савёлово...

Вчера мы расправляли плечи и учились гордиться собой, а сегодня понедельник оглядывается на тех, от кого нам эти плечи достались. В Беларуси Дзяды, осенний день памяти предков. Семьи собираются за ужином, накрывают на стол лишнее место и вспоминают своих. А на другом конце света, в Мексике, в этот же день родных вспоминают с музыкой и сладостями. Похоже, люди по всему миру давно догадались о чём-то важном. Сегодня догадаемся и мы. Двадцать третьи лунные сутки идут почти весь день, и их символ всё тот же крокодил, что заглянул к нам вчера поздно вечером...