Мухаммед Али создавал образы. Это было частью его искусства — как внутри ринга, так и за его пределами. Один из самых устойчивых образов «Величайшего» — быстрый, танцующий, ускользающий боксёр. Тот, что «порхает, как бабочка, и жалит, как пчела». Тот, что делает соперников смешными своей невозможностью попасть. До него большие боксёры стояли на плоских ногах и обменивались ударами. Али двигался, как боксёр в полусредней весовой категории — нарезая круги, танцуя на носках, заставляя 100-килограммовых соперников промахиваться на считанные сантиметры одним движением верхней части тела...

22 ноября 1965 года. Лас-Вегас. Зал заполнен едва на треть: накануне прошёл сильный ливень, и многие просто не добрались до арены. На ринге — два человека, чьи отношения давно вышли за рамки спорта. Один из них — действующий чемпион мира в тяжёлом весе, молодой, быстрый, злой. Другой — бывший чемпион, кумир детства того самого молодого нахала, теперь пришедший доказать, что он «правильнее» своего соперника по всем меркам. Этот бой мог закончиться нокаутом в любом раунде. Но не закончился. И именно...