Мухаммед Али создавал образы. Это было частью его искусства — как внутри ринга, так и за его пределами. Один из самых устойчивых образов «Величайшего» — быстрый, танцующий, ускользающий боксёр. Тот, что «порхает, как бабочка, и жалит, как пчела». Тот, что делает соперников смешными своей невозможностью попасть. До него большие боксёры стояли на плоских ногах и обменивались ударами. Али двигался, как боксёр в полусредней весовой категории — нарезая круги, танцуя на носках, заставляя 100-килограммовых соперников промахиваться на считанные сантиметры одним движением верхней части тела...

Что будет, если взять самого элегантного боксёра в истории тяжёлого веса — человека с потрясающей скоростью, безупречной координацией и боксёрским интеллектом, равного которому не существовало — и поставить против него соперника, чей стиль словно создан именно для того, чтобы лишить все эти качества смысла? Именно это произошло 31 марта 1973 года в Сан-Диего. Мухаммед Али против Кена Нортона. Этот бой стал одним из самых обсуждаемых в истории тяжёлого веса. Не потому что он был самым зрелищным. А потому что он преподал великому Али урок, который тот не забудет никогда...