Пятничный вечер пах корицей, запеченными с медом яблоками и тем особенным, уютным спокойствием, которое наступает только в конце тяжелой, выматывающей рабочей недели. Тридцатидвухлетняя Аня стояла у плиты в своей просторной, залитой теплым светом кухне, механически помешивая сливочно-грибной соус. За кухонным островом, облицованным светлым деревом — гордостью Ани, на которую она копила полгода, — сидела её мама, Елена Павловна. Она неторопливо нарезала овощи для салата, то и дело поглядывая на дочь поверх очков в тонкой золотистой оправе...

Я к маме, Люд. Как обычно. Вернусь в воскресенье к вечеру. Восемь лет. Каждую субботу. Он брал спортивную сумку, кидал туда рубашку, бритву, зарядку — и уезжал. К маме. В Серпухов. Сто километров от нашего Чехова. Там жила Зинаида Фёдоровна, его мать, семьдесят шесть лет, одна в трёхкомнатной квартире на первом этаже. Муж покойный, соседи тихие, кот Барсик. Я никогда не ездила с ним. В первый год спрашивала — можно мне тоже? Он отвечал — мама устаёт от гостей, ей и одного меня достаточно. Я не обижалась...