Семь лет назад, в один из серых ноябрьских вторников, мама позвонила мне. Сквозь электронный гул, кашель чужих людей и металлический голос из репродуктора, монотонно объявляющий: «Талон П-пятнадцать, пройдите в окно номер шесть», – пробился ее бодрый, почти праздничный тон. - Светик, мы тут с Павликом в МФЦ сидим, документы на регистрацию подаем. Дарственную оформили на бабушкину квартиру. Ты же не в обиде? Ему сейчас нужнее, он же мужик, семью строить надо. А тебе мы потом, чуть попозже купим квартиру, обязательно скинемся и поможем...

Машинка стояла в углу – накрытая клетчатой скатертью, задвинутая за комод. Я давно перестала её замечать. Может, лет двадцать. А может, и все двадцать пять. Утро вторника началось как обычно – в половине шестого, в резиновых сапогах, с ведром комбикорма в руке...