В нашей семье всегда существовала негласная иерархия, выстроенная на хрупкости. Моя младшая сестра Лиза была «хрустальной вазой» — тонкой, звонкой и требующей особого ухода. Я же, Анна, была фундаментом. А фундаменту не нужны комплименты, мягкие подушки или лишний кусок пирога; его задача — просто молча держать на себе всё здание, уходя глубоко в холодную землю. — Анечка, ты ведь понимаешь, Лизе нужно это платье на выпускной, — говорила мама, аккуратно отводя взгляд от моих старых кроссовок, у которых уже начала отклеиваться подошва...

- Ну что, невестушка? Есть новости? - насмешливо спрашивала она. - Или ты все-таки у нас пустышка? *** Глеб положил на кухонный стол бархатную коробочку. Темно-синюю с золотым тиснением, такие продают в антикварных магазинах для особых вещей. Диана отложила нож. На разделочной доске остались недорезанные помидоры. - Откуда это у тебя? - спросила она. - Курьер принес. Прямо в институт, на мое имя. Глеб открыл коробочку. На черном бархате лежали карманные часы. Золото отливало старым, благородным блеском...