— Ты же понимаешь, что Мишке нужна секция, — сказал он. — Хоккей это не игрушки. Форма, лёд, тренер, всё это стоит денег, и я прошу тебя перевести сорок тысяч до пятницы. — Я уже переводила в том месяце, — ответила Ирина. — И в позапрошлом тоже. Олег, у меня своя студия, у меня свои расходы, у меня зарплаты дизайнерам, аренда офиса. Я не банкомат. — Ты моя жена, — сказал он, и в его голосе появилась знакомая нотка обиды, будто это она была виновата в том, что у него не хватает денег на сына. — Или...

Олеся поднималась на пятый этаж пешком, потому что лифт в доме не чинили с самой зимы, а два тяжелых пакета резали ладони так, что приходилось останавливаться на каждой площадке. В одном лежали творог, гречка и то печенье с орехами, которое любил племянник Мишка. В другом – курица, порошок и упаковка носков для Романа, потому что брат опять ходил в дырявых и все повторял, что руки не доходят купить. На первом этаже она заметила, что в окне светит новая люстра у соседей. Красивая, хрустальная, похожая на ту, что видела в каталоге и закрыла, потому что деньги были нужнее...