– Ты пока не торопись с разводом. Потерпи. Потом всё наладится, а квартиру обустроишь под себя. Ирина замерла у двери кухни. В руке у неё был пакет с молоком, на плите закипала вода для макарон, а из комнаты доносился голос свекрови. Спокойный, уверенный, будто речь шла о покупке новых штор. – Только не говори ей, что мы это обсуждали, - продолжила Валентина Сергеевна. - Такие женщины сразу начинают изображать жертву. Ирина поставила молоко на стол. Очень осторожно. В комнате муж молчал. Это молчание она знала лучше любых слов...

— Мам, не надо. Я сам с Мишей разберусь. Павел отодвинул от себя листок, на котором я уже успела написать, что и в каком порядке нужно собирать к школе. Рядом лежала раскрытая ученическая папка, из неё торчали помятые листы, а на полу возле стола валялся пенал без крышки. — Ты хотя бы посмотри, — попросила я. — Тут всё по дням расписано. Повесите на холодильник, и никаких утренних поисков. — Я сказал, не надо. Он произнёс это негромко, но Миша, стоявший у дверей комнаты, сразу опустил глаза. Я убрала листок в сумку...