— Ты что себе позволяешь, а? — Ирина Викторовна стояла посреди гостиной, скрестив руки на груди, и смотрела на Веру так, словно та была пылинкой на её безупречном паркете. — Приходишь сюда, в мой дом, распоряжаешься, как будто здесь всё твоё! Вера спокойно поставила сумку на пол и сняла пальто...

— Дед! — Петька влетел на участок, шарахнув старой калиткой по столбу. Взвизгнули петли, что–то треснуло, вздохнуло, и калитка, такая же старая, как сам участок, пала на сухую, потрескавшуюся от затянувшейся засухи землю. Дед Андрей, до этого копошившийся в капустных грядках, заботливо поднимающий нижние листы и льющий под корень воду из лейки, выпрямился, испуганно оглянулся на внука, калитку, громко выругался, чувствуя, как из окна укоризненно на него смотрит один из лучших гинекологов города,...