Степан Валерьевич проснулся оттого, что будильник показывал тридцать второе число. Он несколько раз моргнул, протёр глаза, потряс телефон, будто из него могла высыпаться лишняя цифра. Экран упрямо светился зелёными символами: «32 сентября, среда». Среда, положим, могла быть правдой. Но месяц с тридцатью двумя днями существовал разве что в бухгалтерских кошмарах. «Так, спокойно», сказал он вслух, обращаясь то ли к телефону, то ли к себе самому. «Перезагружу, и всё нормализуется». Не нормализовалось...