Ключ в замке повернулся с непривычным усилием, металл сухо скрежетнул, словно в скважину набился мелкий сор. Надира потянула тяжелую дубовую дверь на себя, перешагнула порог и замерла в полутемной прихожей, сжимая в руке ручку дорожной сумки. В нос ударил незнакомый, едкий запах дешевой синтетики, прелой полиэтиленовой пленки и пыли от лопнувших воздушных шариков. Под подошвой ее походных ботинок что-то хрустнуло. Вместо привычной тишины ее квартиры, где пахло сухими травами, старой бумагой и мятным мылом, стояла глухая, забитая вещами теснота...

В этот промозглый ноябрьский день Марина Сергеевна стояла у окна своей маленькой кухни, задумчиво глядя на то, как дождь методично смывает последние золотые листья с тополей. Пятьдесят шесть лет - возраст, когда уже не обманываешь себя иллюзиями. Марина точно знала цену всему. Зарплата старшего кассира в супермаркете «Авоська» - сорок пять тысяч рублей - казалась насмешкой судьбы, особенно когда впереди маячила свадьба единственной дочери. Марина Сергеевна была из тех женщин, что привыкли рассчитывать только на себя...