Майк Тайсон вошёл в историю как человек, который менял бой одним ударом. Он выходил — и соперники уже проигрывали психологически. Ещё до гонга. Ещё до первого касания перчатки. Но у этого образа была оборотная сторона. И немногие о ней говорили открыто. Был один конкретный приём, который Тайсон не любил. Не просто не любил — он выводил его из привычного состояния. Менял ритм боя. Заставлял Железного Майка действовать не по плану, нервничать, искать решение там, где его не было. Этим приёмом был клинч...

Есть такой момент в боксе, который знает каждый, кто следит за этим видом спорта. Момент, когда чемпион наносит свою лучшую комбинацию — и ждёт. Ждёт, что соперник опустится на канвас. Это почти рефлекс. Почти закон природы. Если ты попал — он должен упасть. Но что происходит, когда не падает? Именно это случилось 18 марта 1991 года в Лас-Вегасе. Майк Тайсон ударил Донована «Бритву» Раддока так, как умел только он. Раддок покачнулся. Отшатнулся к канатам. Но — не упал. И именно в этот момент что-то изменилось в глазах Тайсона...