За неделю до свадьбы дочь принесла папку. Положила её на кухонный стол, подвинула к Раисе и сказала: — Ты хоть понимаешь, зачем ему твоя квартира? Раиса посмотрела сначала на папку, потом на дочь. — Надеюсь, чтобы иногда ночевать вместе со мной. Лена не улыбнулась. — Мам, я серьёзно. — Я тоже. Мне шестьдесят, а не девяносто с потерей памяти. — Возраст тут ни при чём. — Тогда зачем ты каждый разговор с него начинаешь? Лена села, сняла куртку и открыла папку. Внутри лежали распечатки, список вопросов и несколько листов с пометками...

— Её землю ты не запишешь себе в трофеи, - выдохнул я, чувствуя на ладонях липкий сок тёмного винограда. Мать стояла в белом костюме посреди двора так, будто приехала не на праздник сбора урожая, а на чужие похороны. На тонких каблуках уже налипла известковая пыль, в волосах застряла виноградная паутинка, но она держала спину так ровно, будто вокруг не пахло раздавленной ягодой, мокрой бочкой и солнечным потом, а работал кондиционер в переговорной. Чуть поодаль, возле машины, мял губы Кирилл Зимин...