Стол в большой комнате был накрыт с запасом на двенадцать персон, хотя гостей ожидалось девять. Лидия Егоровна выставляла салатники в одну линию, как когда-то выставляла коробки конфет на ленте контроля качества. Сорок лет она отбраковывала брак на кондитерской фабрике, и привычка отбраковывать осталась при ней навсегда. Даша вошла первой, потому что несла подарок — эмалевое панно в раме, тёплая медь под прозрачным синим стеклом, работа на четыре недели вечеров. Артём шёл следом с двумя пакетами и букетом...

На семейном обеде свёкор объявил своё решение о доме. Все ждали скандала. Но Лида только улыбнулась и промолчала, потому что знала кое-что, чего не знал никто за этим столом. Свёкор встал из-за стола, когда все ещё жевали. Поднял руку, и разговоры стихли. Лида отложила вилку. Она знала, что Геннадий Павлович не из тех, кто говорит тосты. Если он встал, будет что-то другое. - Значит, так, - он обвёл глазами стол, за которым сидело человек двенадцать. - Дом этот я строил сорок лет. Своими руками. И я решил, кому он достанется...