В шахматах не так много людей, которых страна любит не только за результат, но и за саму манеру жить за доской. Левон Аронян как раз из таких. Он не был суровым чемпионом с каменным лицом. Не строил вокруг себя образ неприступного гения. Не пытался выглядеть страшнее, чем есть. В нём всегда было что-то редкое для шахматной элиты: лёгкость. Но это не лёгкость слабого человека. Это лёгкость игрока, который может сидеть напротив сильнейших гроссмейстеров мира и всё равно видеть в шахматах не только войну, но и игру...