Всю дорогу они молчали. Гроза гремела, лошадь шла шагом, и вода ручьями стекала с тряпичного верха. У развилки Прасковья слезла, сказала спасибо и ушла. Никанор посмотрел ей вслед и запомнил. Вот и вся любовь была сначала...

Свадьба должна была быть в субботу, в двенадцать. Ирина шила платье две недели, худела, лезла на стены, переживала из-за каждой складочки. А теперь стояла перед зеркалом, смотрела на себя в белом и не узнавала. - Красивая, - сказала мама, заглядывая в комнату. - Чего ты такая бледная? - Мам, а вдруг она опять что-нибудь устроит? Мама вздохнула. Она знала, о ком говорит дочь. О будущей свекрови, Галине Сергеевне. Мать жениха, Олега. Галина Сергеевна была из тех свекровей, что любят сына так, что жены у них всегда чужие...