Алексей разлил коньяк, поднял рюмку повыше и обвел рукой кухню так, как обводят гостю собственный загородный дом, хотя на этих девяти метрах Виктор едва помещался между холодильником и подоконником. – Вот смотри, Витек. Квартира, машина, ремонт этот проклятый, все тянуть надо. На мне здесь все держится! Я Катьке сразу сказал: твоя зарплата на булавки, трать на себя, на маникюры свои, а дом моя забота. Катя стояла у плиты с лопаткой в руке, и на слове «маникюры» котлета соскользнула, шлепнулась на бок и развалилась пополам...

– Ну что, моя дорогая, дела у нас идут замечательно, никаких проблем я не вижу, – Ольга Викторовна с улыбкой посмотрела на взволнованную Альбину. – До встречи с нашим мальчиком остаётся две недельки. А может быть даже и меньше. Вдруг твоему сыночку приспичит увидеть наш мир раньше. – Скорей бы уже, – Альбина неловко устроилась на стуле, придерживая живот двумя руками. Даже это простое движение далось ей с усилием: поясница ныла тупо и беспрестанно, ноги гудели после дороги, а под глазами, как она знала, лежали тени, которые не перебивает никакая пудра...