Прошло еще несколько дней, но злые языки не умолкали. Желтая пресса старательно продолжала муссировать тот факт, что знаменитый художник "исписался" и докатился до позорного плагиата. Константин Яковлевич поспешно запер дверь своей петербургской квартиры и вышел на улицу купить свежих газет. Подняв воротник пальто, он постарался незаметно проскочить мимо швейцара. В свои пятьдесят два Крыжицкий был все еще красив - импозантный, подтянутый, с бородкой-эспаньолкой. Лучше бы он не читал этих пасквилей! Развернувшаяся в прессе полемика совершенно расстроила его...

Талантом и творческим успехом этого художника восхищался Михаил Нестеров. Сам же мастер оставил о себе лишь сухую и очень скупую "Автобиографию". Жил он тихо и очень скромно, революции в искусстве не совершал, да и в свою современность как-то не сильно вписывался. Совсем не бунтарь для передвижников и очень лиричный для соцреализма. Но несмотря на это оставил в своей эпохе прекрасную и удивительную галерею крестьянских образов. Жизнерадостные, яркие, пышущие здоровьем и задором русские женщины в нарядных красно-розовых костюмах...