Телефон пиликнул, я глянул на экран потом резко подскочил и опять прочитал смс. Приезжай. Болею. Жду. Отец. На кровати лежала девица, ну да, девица, по-другому не скажу, потому что на этой кровати часто лежали они, девицы разные. Самое главное, что они не повторялись. Нет, они, конечно, хотели, да я не горел желанием. Мне не двадцать, пора бы уже и за ум браться, серьёзных отношений у меня нет, в школе не считается. Тогда думал, что мы со Светкой, всю жизнь вместе проживём, но...это же детство и юность были...

10 лет назад мне позвонил папа и назвал меня «отец». Я ему говорю: «Бать, прекращай, ну, какой я тебе отец!», - а сам красн от стыда. В 22 года, да ещё и без детей, ты никакой не отец, а мальчишка с плюгавенькой бородкой. А в голосе отца звучала такая гордость, словно я полжизни прожил в затворе. Отец никогда не говорил, но я знал, что он мечтает об этом. На следующий день все знали, что сын отца Михаила стал диаконом. Такая она - родительская гордость. Наверное, он так радовался, когда я родился...