Любым мореходам: и штурманам, и старпомам мурлычут топлёные волны ночную притчу, что есть такой кит, а в утробе его — Иона, что кит огроменный, а мальчик вполне обычный, что кит обречён разговаривать сам с собою. Для братьев он — чёрная туча на горизонте. Подсвеченный мрак изнутри золотой любовью, раскрывший над телом планеты дырявый зонтик. Лучи по блестящему боку стучат гвоздями, дожди в облака возвращаются легким паром. И если бы был здесь ковчег, то кита б не взяли. Во-первых, он слишком велик, во-вторых, непарный...