— Гена, ты опять тормозок не тронул. Людмила достала из его сумки промасленный свёрток — котлета с хлебом, огурец, — всё, как утром завернула. Нетронутое. Третий день кряду. Муж не обернулся от телевизора. — Замотался. Не до того было. — Это наладчику-то не до того, чтоб пообедать? — Она положила свёрток на стол. — Ты ж раньше со смены как волк приходил, ужин не успевал остыть. — Отстань, Люда. Сыт я. Она поглядела на его руки. Большие, в рубцах от железа, всю жизнь пахшие соляркой да стружкой. А сегодня чистые...

Слово «тормозок» не нуждается в переводе на любой шахте бывшего СССР — так называли свёрток с едой, который брали под землю на всю смену. За этим простым словом стоит целая система привычек: что клали в узелок, почему выбор годами падал на одни и те же продукты, где именно разрешалось его развернуть и что происходило с остатками. В отличие от показательных обедов ударников вроде стахановской смены, тормозок — история про повседневный, личный паёк рядового горняка. Единого мнения о происхождении слова нет...