– Да это не отец, это ирод какой-то! Надзиратель! – Вера Николаевна хлопнула по столу ладонью и тут же принялась стряхивать с него несуществующие крошки. – Ты глянь, что делается! Дитё родное с тряпкой ползает, а этот сидит, газетку почитывает! – Мама, тише… – А чего мне указываешь? Пусть слышит! Ребёнка же со свету сживает! Без сына хочешь остаться?! Что ж ты за мать такая, что за родное дитятко не заступаешься?! Сына на штаны променяла?! - Мама, успокойся! – Тая пыталась утихомирить родительницу...

Сервис продали неделю назад. Игорь узнал об этом в четверг вечером, когда Лёнька, их младший механик, полез за ветошью под верстак и обронил то, что обронять не следовало. До того четверга всё выглядело привычно: подъёмник стонал под тяжестью старой 'Нивы', бетонный пол хранил маслянистую отметину двадцатилетней давности, а связка ключей от ворот, от бокса, от сейфа лежала на крючке у входа, там, где её повесил ещё отец. Игорь закрывал сервис каждый вечер одним и тем же движением, проворачивая замок до упора и дёргая дверь на себя...