— Девушка, постойте. Вы же вылитая героиня нашего нового фильма, — два наглых молодых парня преградили путь скромной абитуриентке на ступеньках ленинградского театрального института. — Я? В кино? — она растерялась, покраснела, но в глубине души вспыхнула надежда. — Конечно. Мы режиссеры с «Ленфильма». Ну-ка, проверьте голосовые связки. Спойте, станцуйте прямо здесь. И она, преодолевая дикое стеснение, начала петь и плясать прямо на улице, под хохот прохожих. А «режиссеры», вдоволь насмеявшись, просто убежали, крикнув напоследок: «Ждем на пробах»...

— Неужели ты думаешь, что я буду делать вид, что ничего не происходит, вечно? — этот немой вопрос, казалось, читался в глазах Евгении Глушенко. Она вырастила его дочь, ставшую сиротой в четыре года. Она родила ему сына. Она была той самой «второй мамой», надежным тылом и идеальной женой, о которой мечтает любой мужчина. Но даже у ангельского терпения есть предел. На съемках культового фильма «Неоконченная пьеса для механического пианино», Глушенко и Калягин сыграли любовь так, что зрители рыдали...