— Люда, ну вы же все равно в Турцию собирались, — свекровь, Анна Ивановна, будничным тоном помешивала чай в моей кружке. — А у Игоря машина совсем сыпется, ему на работу ездить не на чем. Мы подумали… отдайте эти деньги ему. Вам что, важнее две недели на пляже поваляться, чем родному брату помочь? Я замерла у раковины с мокрой тарелкой в руках. Позади меня тихо гудел холодильник, на плите докипал чайник, а в груди медленно расползался холодный комок. Полмиллиона рублей. Пятьсот тридцать тысяч, если быть точной...

– Мам, ну ты сама подумай, зачем тебе одной такие хоромы? Только за коммуналку сколько переплачиваешь. Вера Павловна замерла с заварочным чайником в руках. Горячий пар мягко коснулся ее пальцев, но она даже не вздрогнула. Медленно, стараясь не выплеснуть свежезаваренный чай с чабрецом, она опустила фарфоровый чайник на бамбуковую подставку. За обеденным столом, вальяжно откинувшись на спинку мягкого стула, сидел ее сын Денис. Рядом с ним, аккуратно сложив руки на коленях, пристроилась Милана – его невеста...