«Если ты не готовишь каждый день, то плати за квартиру!» Геннадий сказал это, не поднимая глаз от тарелки с пельменями, которые я купила на свои деньги. Я положила вилку. Не бросила, а именно положила, рядом с хлебом, очень аккуратно, потому что руки вдруг стали чужими и я боялась что-нибудь уронить. Знаешь, бывают фразы, после которых в кухне становится тихо. Слышно, как гудит холодильник и как за стенкой соседский мальчик в сотый раз спотыкается на одной и той же гамме. Вот такая тишина у нас и повисла...

Ключ не повернулся. Марина вынула его из замка, зачем-то посмотрела на свет, будто могла разглядеть что-то на потёртой бородке, и вставила снова. Ключ вошёл наполовину и упёрся. Тот самый ключ с брелоком-ромашкой, который она десять лет носила в кармане...