Колеса инвалидного кресла оставляли на идеальном мраморе холла едва заметные, влажные следы от подтаявшего снега. Звук был мерным, гипнотическим: шшш-тук, шшш-тук. Влад остановил кресло посреди гостиной и картинно выдохнул, отирая лоб тыльной стороной ладони. Он играл роль безутешного, но стойкого супруга. И играл ее безупречно. В кресле, обложенная ортопедическими подушками, сидела Алина. Ее взгляд был устремлен куда-то сквозь панорамное окно, в стылую ноябрьскую серость. Тонкие, побледневшие руки безвольно покоились на пледе...