— Это моя квартира, Саша. Моя. И если твоя мать ещё раз откроет её своим ключом — ты вылетишь следом за ней. Понял? Александр стоял в прихожей как человек, которому в руки сунули чужую вину и велели держать крепче. На нём была домашняя футболка с растянутым воротом, на лице — привычная растерянность. Он даже не пытался возмущаться, просто по-детски моргал, будто надеялся, что всё рассосётся само. — Ань, ну… не начинай с порога, — выдохнул он и сделал попытку улыбнуться. — Давай спокойно, ладно? — Спокойно? — Анна коротко рассмеялась, без радости...

В завалах бурелома, у подножия заснеженной горы лежала девушка. Ее тело, неподвижное и израненное, казалось последним островком жизни среди безмолвной зимы. Лишь тонкая струйка пара от дыхания выдавала, что смерть еще не забрала свою добычу. Тайга хранила ее, словно драгоценную тайну, скрытую от людских глаз. Но в этот же день одинокий метеоролог, единственный на сотни километров вокруг, отклонился от привычного маршрута. Необъяснимое чувство потянуло его вглубь леса, туда, где за стеной деревьев теплилась угасающая жизнь...